За час до зари, за четыре недели до Хэллоуина, менее чем за два года до конца света

– Они не слишком едкие, – не соглашалась с мужем Карсон. – Более того, они совсем не едкие.

– Я прочитал состав пропитки.

– Я тоже прочитала состав. Алоэ, ланолин, травяной экстракт…

– А из чего они делают этот экстракт? – спросил Майкл.

– Трава есть трава. Натуральный продукт. Травяные экстракты очищают. Не оставляя вредного налета.

– Так они говорят. Только не говорят, о каких травах идет речь. А раз они не говорят всю правду, живущий во мне коп чует ложь.

– Ради бога, Майк, ни одна компания не будет выпускать едкие, раздражающие кожу детские влажные салфетки.

– Откуда ты знаешь? Компания может принадлежать кому угодно. Ты знаешь, кому принадлежит эта компания?

– Я в достаточной степени уверена, что принадлежит она не Аль-Каиде.

– «В «достаточной степени» недостаточно, когда мы говорим о попке нашей маленькой девочки.

Карсон вздохнула. Майкл оставался душкой, но отцовство иногда вызывало в нем паранойю, которую ранее она не замечала.

– Послушай, сладенький, попка Скаут волнует меня никак не меньше, чем тебя, и меня вполне устраивают влажные салфетки.

– Пропитка содержит пищевую соду.

– Потому что пищевая сода устраняет запахи.

– Пищевая сода используется в огнетушителях.

– Хорошо. Мы можем не волноваться о том, что попка Скаут загорится.

– Пищевая сода, – повторил Майкл таким голосом, будто речь шла о яде гремучей змеи. – Думаю, мы должны использовать хлопчатобумажные тряпочки, воду и мыло.

Карсон отшатнулась в притворном ужасе.

– Мыло? Ты знаешь, что содержится в мыле?